Алмазная Биржа Израиля - история возникновения и развития

Официальной отправной точкой возникновения алмазной промышленности на территории современного Израиля является 1937 год, в этом году первый завод по огранке алмазов был открыт в городе Петах Тиква. Однако алмазная промышленность фактически сделала свои первые шаги еще на Сионистском Конгрессе в 1905 году.

1905 - После Кишиневского погрома и бунтов против евреев в России, Сионистский Конгресс искал способы помочь еврейским сиротам, которые потеряли родителей в этих трагических событиях. Евреи из Бельгии и Голландии предложили преподавать им профессию огранщиков алмазов на территории Британского Палестинского Мандата.

1908 - Когда в Иерусалиме была основана Художественная Академия Бецалель (Bezalel), возникла идея основать производство драгоценностей в Палестине: было предложено, чтобы традиционное искусство Тайманит (Yemenite) золотой филигранной работы было объединено с украшениями бриллиантами. Идея потерпела неудачу, потому что Оттоманский режим запретил импорт алмазов, независимо от цели, будь то промышленность или образование.

1910 - Раввин Шломо Вайнтштейн (Shlomo Weinstein), еврей из Польши (1898-1976), основал группу еврейских алмазных промышленников из Антверпена, с целью купить огранные станки и переслать их в Иерусалим. Когда алмазные промышленники Антверпена узнали об идее Шломо Вайнштейна, они резко выступили против этого, под оказанным бельгийцами давлением, идея создать центр в Иерусалиме провалилась. Бельгийцы прекрасно понимали, что евреи имеют все необходимые знания, мастерство и традиции, для создания центра в Иерусалиме, который мог бы конкурировать с Антверпеном. Станки, которые успели переправить из Бельгии в Израиль, были обнаружены лишь тридцать лет спустя в Иерусалиме, все они находились в исправном состоянии.

1927 - Британские губернаторы Мандата пригласили Йону Фишера (Yonah Fischer), лидера бельгийского сионистского движения, чтобы принять на работу бельгийских предпринимателей, для создания алмазных фабрик на территории современного Израиля. Однако это была идея, опередившая свое время, поскольку в то время еще имели место нехватка квалифицированной рабочей силы и сложности в доставке профессиональных алмазообрабатывающих станков.

1933 - Аарону Морицу (Aharon Moritz) удалось создать кооператив в Антверпене, состоящий из семи евреев, решивших иммигрировать в Израиль и организовать алмазообрабатывающую фабрику. В 1934 году, Мориц начал лоббировать власти Мандата, чтобы отменить таможенный запрет на импорт сырьевых алмазов. Правительство Мандата отменило запрет лишь два года спустя, в 1936. К тому времени, кооператив разорился.

1937 - Йозеф Нэдэль (Joseph Nadel) начал получать полуобработанные алмазы из Антверпена почтой и гранить их дома. Другой домашний завод огранки алмазов был открыт Сэмом Моэдом (Sam Mo’ed) в Тель-Авиве. Цви Розенберг (Zvi Rosenberg) и Ашер Даскаль (Asher Daskall) установили огранные станки в доме Розенберга в Петах Тикве, и открыли первую алмазную фабрику. В том же году был основан "Палестинский Алмазный Клуб" - первая алмазная торговая организация в подмандатной Палестине. Члены этой группы были первыми алмазными промышленниками, планировавшими создать алмазный центр в будущем Израиле. Во главе с покойным Акивой Ари Вайсом (Akiva Arye Weiss), одним из основателей "Ahuzat Bayit", "маленькой четверти", которая, в конечном счете, превратилась в город Тель-Авив. Ари Вайс объеденил вокруг себя группу единомышленников, которые торговали алмазами и драгоценностями, и предложил создать алмазный клуб в одной из комнат его дома на улице Герцеля 2 в Герцелии. Только год спустя, клуб переехал в две маленьких квартиры в доме номер 120 на улице Аленби (Allenby), впоследствии занятых Бельгийско-Израильским Банком.

Скорость развития алмазной промышленности во время Второй Мировой Войны была беспрецедентна в подмандатной Палестине. За короткий промежуток времени город Натания (Netanya) превратился в Алмазный Город, где образовался наибольший алмазный производственно-развитый центр страны. Второй алмазный центр, в Тель-Авиве, начинал догонять Натанию в развитии.

Маленькие заводы, которые были построены в подмандатной Палестине, росли и процветали и вскоре стали вполне состоявшимися фабриками. Тысячи рабочих устремилась в эту сферу промышленности, чтобы изучить профессию и найти работу. Зарплаты, которые получали рабочие этой специальности, были одними из самых высоких. У фабричных владельцев появилась проблема, они не могли обеспечить всех заказчиков продукцией, не хватало производственных мощностей, они не справлялись с заказами, и продавали всю продукцию до последнего бриллианта. Все фабрики получали прямую поставку сырьевых алмазов от CSO (Central Sales Organization), и обрабатывали весь диапазон алмазов, от самых крошечных до самых крупных.

Лондонский CSO поставлял сырье в четко фиксированных ценах, которые никак не зависели от цены уже готовых бриллиантов. Фактически, тогда, Палестина была монополистом в переработке сырьевых алмазов.

Изменение отношений. Британское правительство продемонстрировало довольно мощную поддержку алмазной индустрии в то время, когда палестинская лира была равной английскому фунту. Фабриканты и предприниматели получали огромную прибыль, полученную от инвестиций в землю, сельскохозяйственные угодья и всевозможные отрасли промышленности. Алмазная промышленность в подмандатной Палестине стала огромным экономическим рычагом, и британская казна получала сверхприбыли. Однако, в 1942 году, в Лондоне вышел указ, строго ограничивающий создание новых фабрик. Несмотря на это, растущий бум в торговле и экспорте продолжал ускорять развитие. Алмазная промышленность, реорганизованная в большие фабрики, нанимала по 100-200 рабочих. У каждой фабрики было централизованное управление, которое заведовало всеми отделами, фабриками управляли профессионалы. Когда британские власти наложили резкие ограничения и запретили открытие новых фабрик, рабочие начали обрабатывать алмазы дома и на крышах их зданий, и должны были скрываться от полиции.

Первый кризис. К концу Второй Мировой Войны, в 1945 году, экспорт ограненных алмазов из Израиля, достиг приблизительно 16 миллионов долларов. CSO начал переадресовывать сырье бельгийскому центру, который предпринимал интенсивные попытки возврата к былому мировому лидерству в огранке алмазов. Бельгийская алмазная промышленность действительно возрождалась, как было заявлено на организованном первом мировом алмазном конгрессе в Антверпене (на который Израиль также был приглашен).

В результате перехода в США от экономики, ориентированной на военное производство, к экономике, ориентированной на производство промышленных товаров для гражданского населения, резко упала цена огранки. В течении короткого промежутка времени ценность алмазов понизилась на пятьдесят процентов, алмазные центры, которые открылись во время войны в Кубе, Мексике и Бразилии были вынуждены закрыться. Алмазная промышленность в подмандатной Палестине также находилась в опасности. Почти все алмазные промышленники несли потери. Те, кто держал большие материальные запасы в алмазах или бриллиантах, пострадали особенно тяжело.

Предприниматели, инвесторы и капиталисты, которые не хотели терять деньги потребовали от управляющих массовых увольнений. Увольнения служащих привели к закрытию к концу 1946 года большинства фабрик. Более 4 000 рабочих, которые привыкли к зарплате, превосходящей зарплаты других профессий в два-три раза, оказались безработными.

Восстановление. Алмазная промышленность была восстановлена главным образом рабочими, которые изучили профессию, и диспетчеров, которые теперь управляли фабриками. Они организовывали небольшие группы по 10-15 служащих. Старые фабрики просили, чтобы CSO снабдили их сырьем, а новые группы начали покупать сырье на свободном рынке.

Когда ООН объявил о решении разделить подмандатную Палестину и закончить Британский Мандат (2 ноября 1947 года), большинство рабочих присоединилось к одному из движений, посвященных национальной цели установления еврейского государства. Таким образом, 14 мая 1948 года, когда было объявлено о провозглашении государства Израиль, приблизительно 1200 из 2000 алмазных рабочих были приняты на службу в Армию Обороны Израиля. И только 800 работников остались на алмазных фабриках, путем договоренностей с властями.

История израильской алмазной промышленности до конца первого десятилетия независимого государства может быть разделена на три периода: период британского Мандата, период после декларации государства, и период между ними, годы 1947-1950 - время кризиса в мировой алмазной промышленности, и перехода от военной к мирной экономике в Израиле.

Когда Вторая Мировая Война закончилась, мировой спрос на бриллианты значительно возрос по двум главным причинам: во-первых, экономическое процветание в послевоенных промышленно-развитых странах и во-вторых, растущий, из-за массивных рекламных акций и информационных кампаний De Beers интерес к бриллиантам.

Как только средний и рабочий класс приобрел автомобили и телевизоры, он начал покупать бриллианты. Это социально-экономическое явление привело к существенным изменениям в мировой торговле бриллиантами. Продажи крупных бриллиантов стали менее существенными, и объем продаж того типа бриллиантов, который производился главным образом в Израиле (весом до 0.2 карата, из-за ограничений CSO) , увеличился. Дальнейший прирост потенциальных покупателей стал возможен благодаря растущей уверенности, что покупка бриллиантов - хорошая инвестиция на будущее.

Первое структурное изменение. Алмазная промышленность восстанавливалась после Войны за Независимость очень медленно. Фактически, из-за кризиса в промышленности и перехода к экономике военного времени в течение 1947 и 1948 годов, многие считали, что алмазная промышленность Израиля не выживет.

Однако оказалось, что ноу-хау, инициатива и любовь к профессии проникли глубоко в сердца израильских рабочих. Квалифицированные алмазные рабочие не были выброшены за борт резким экономическим спадом, они решили подождать. Фактически, они использовали затишье в своих интересах, чтобы укрепить позиции в промышленности. Многие рабочие сумели выкупить фабрики на выгодных условиях и управляли ими на основе ноу-хау и опыта, который они приобрели, работая за заработную плату.

Появление групп. В то же самое время, старые рабочие, некоторые из которых были профессиональными менеджерами, начали входить в промышленность в качестве управляющих групп, которые первоначально работали на основе сдельной оплаты. Они налаживали производство на маленьких фабриках, используя небольшое количество рабочих. Группы были размещены в свободных фабричных зданиях, на чердаках и в арендованных квартирах. Члены групп вкладывали много времени в огранку, просто чтобы поддержать и продвинуть свои заводы, даже без прибыли. Они становились владельцами маленьких фабрик и фабрик среднего размера и сами начали покупать и обрабатывать сырьевые алмазы.

Главным различием между новыми маленькими фабриками и большими был метод управления и оплаты заработной платы рабочим. Владельцы группы управляли непосредственно всеми профессионалами и административной работой, чтобы сэкономить на расходах, так, чтобы быть в состоянии конкурировать с крупными фабриками, которые получали сырьевые поставки от CSO. И действительно, их эксплуатационные затраты были относительно низки.

На самом деле, пионеры алмазной промышленности Израиля очень рисковали, чтобы восстановить промышленность, которая была фактически в руинах. Эти люди отстраивали промышленность практически заново и сталкивались с новыми трудностями: соревнованием с бельгийской промышленностью и поиском и развитием новых внешних рынков сбыта для бриллиантов.

Число фабрик. В 1948 году в Израиле было 30 фабрик, на которых работало приблизительно 800 человек. Десять лет спустя, в Израиле было уже 134 фабрики. В районах застройки (отдаленные области, заселенные главным образом новыми репатриантами, требовавшими специальной правительственной помощи), было организовано еще 11 фабрик.

Сырьевые алмазы. С 1948 по 1956 год, De Beers продал сырьевых алмазов во всем мире приблизительно на сумму 600 миллионов фунтов стерлингов. В 1956 году на 74.5 миллиона фунтов стерлингов. Сумма сырьевых алмазов импортированных в Израиль в первое десятилетие существования государства утроилась - приблизительно с 9 миллионов долларов ежегодно в период становления государства, к 28.8 миллионам долларов в 1957 году.

Фактически, после Второй мировой войны, CSO ограничила распределение алмазов Израилю суммой 5-8 миллионов долларов в год. Чем больше промышленность развивалась, тем ниже была прямая поставка сырья пропорционально количеству фабрик. Израильские промышленники были вынуждены покупать сырьевые алмазы через третьи руки, и платить посредникам.

Правительство Израиля, которое признало важность сырьевых алмазов в промышленности, работало на двух уровнях. Во-первых, они искали шахты, которые могли служить источником сырьевых алмазов; во-вторых, они провели переговоры с CSO, чтобы изменить его политику по отношению к Израилю. Правительство вступило в контакт с добытчиками сырьевых алмазов, и покупало непосредственно у них. В то же время, делегация поехала в Лондон, и преуспела в том, чтобы достигнуть возобновления поставок сырьевых алмазов в Израиль.

Совместные усилия в течение 1950-ых привели к изменению позиции CSO и регулярной поставке сырьевых алмазов в Израиль. В 1967 CSO поставил в Израиль 52.6 % всего импорта сырьевых алмазов к Израилю, на сумму 72.6 миллионов долларов.

Сокращение огранки. Алмазная промышленность Израиля работала главным образом на огранку, которая требует меньшего количества рабочей силы и станков. Уровень качества был высок, в то время как стоимость рабочей силы была относительно низка. Таким образом, израильские изготовители были в состоянии продать бриллианты по более низким ценам, чем те, по которым продавали бельгийцы. В итоге сами бельгийцы начали покупать бриллианты в Израиле во все возрастающем количестве, и смешивать их и собственными бриллиантами, которые продавались ими в Европу и Соединенные Штаты. В пределах короткого промежутка времени Бельгия стала самым большим покупателем израильских бриллиантов в Европе, а Израиль стал эксклюзивным поставщиком.

Правительственная политика. С самого начала, правительство демонстрировало очень либеральное отношение к алмазной промышленности. Правительство понимало, что алмазная промышленность стала существенным источником иностранной валюты, и исключило алмазную промышленность из общей политики отношения к производству, дав ей полную свободу действий. Контролер алмазной промышленности, доктор Яков Арнон (Yaakov Arnon), представитель старинного рода алмазных промышленников из Голландии, понял, что строгие ограничения на валютные операции осложнят развитие промышленности. Он ввел метод распределения иностранной валюты для промышленников согласно добавленной стоимости. Доктор Арнон также был инициатором особого подхода в среде правительственных чиновников, которые имели дело с алмазной промышленностью. Именно благодаря Якову промышленники экономили на ненужной бюрократии и были в состоянии комфортно вести свое дело.

Другой человек, который играл существенную роль в формировании благосклонного правительственного отношения к алмазной промышленности, был министром промышленности и торговли и впоследствии министром финансов – Пинхас Сапир (Pinhas Sapir). После его вступления на пост министра промышленности и министра торговли в 1955 году, наступило время перемен. Он лоббировал интересы алмазной промышленности с требованиями на расширение производства и в итоге добился своего: ограничения на импорт сырья были ослаблены, и лицензии на импорт были предоставлены всем промышленникам, готовым расширять производство и экспортные операции. Основным пунктом его усилий было соглашение, которое он подписал с президентом CSO, сэром Филиппом Оппенхеймером (Philip Oppenheimer), относительно ежемесячного распределения алмазного сырья на сумму 1 миллиона фунтов стерлингов. Пинхас Сапир заботился обо всех отраслях промышленности Израиля, но алмазную промышленность он сделал фаворитом.

Политика банка. На предмет связи банков и алмазной промышленности, среди имен, которые приходят на ум, первыми являются алмазный контролер Израиля, Альберт Эренфельд (Albert Ehrenfeld), и заместитель директора банка Эхуд, Элиэзер Лернер (Eliezer Lerner). Они были первыми, кто еще в 1940-ые годы выразили уверенность в потенциале алмазной промышленности и обеспечили ее финансирование.

Элиэзер Лернер сделал запись в своих мемуарах о том, что когда не было никаких регулярных воздушных рейсов заграницу, банк организовывал отгрузку импортированных сырьевых алмазов и экспортировал бриллианты в самолетах дипломатов и послов, и организовывал дополнительную охрану грузам: "Мы должны были научить пилотов заполнять и выписывать накладные. Самое главное, мы должны были организовать безопасность во время транспортировки алмазов от аэропорта в Хайфе к офисам банка в Тель-Авиве и обратно."

Трудовые отношения. В первые годы промышленности не было никакого коллективного трудового соглашения. Условия труда и плата были установлены на каждой фабрике отдельно, путем прямых переговоров. Секретарь национального алмазного союза рабочих, Ари Градштейн (Arie Gradstein), вспоминает, что поворотный момент произошел в 1949 году. Комитеты рабочих в Тель-Авиве попросили помощи у национальной трудовой федерации. К рабочим Тель Авива, присоединилась группа трудовых комитетов Натании. В результате запроса трудовая федерация назначила национального координатора алмазной промышленности. Позже были подписаны два параллельных соглашения о работе, один для Натании и один для Тель-Авива. С тех пор, трудовая федерация представляет алмазную промышленность, постоянно улучшая социальные пособия служащим алмазной промышленности Израиля.

Для израильской алмазной промышленности, ключевой фразой в конце 1959 года была фраза "расширение производства". Алмазный экспорт Израиля повысился на 37%. Численность персонала увеличилась. К началу 1960-ых всем было ясно, что израильская алмазная промышленность играет значительную роль в израильской экономике.

В свою очередь, Шестидневная война (1967), привнесла далеко идущие, беспрецедентные изменения. Наряду с другими, работники алмазной биржи Израиля призывались на военную службу во время войны. За две недели до того, как началась война, приблизительно половина рабочих уже были мобилизованы. Когда война началась, большое количество работников алмазной индустрии ушло на фронт. Мелкие фабричные владельцы были также мобилизованы, и некоторым фабрикам пришлось закрыться. Фабрики, которые оставались открытыми, не могли работать в привычном ритме, из-за проблем в цепи производства. Большое количество алмазов осталось на фабриках на различных стадиях огранки. На тот момент, большая часть экспортируемого из Израиля состояла из накопившихся запасов. Во второй половине июня фабрики постепенно начали возобновлять привычный ритм работы, хотя большая часть рабочих была все еще в армии.

Во время того тяжелого периода были свои положительные моменты. Многие иностранные клиенты выразили свою поддержку и солидарность. Виген (Wiggen) и Ротшильд (Rothschild) посетили Израиль в этот напряженный период, в знак дружбы. CSO решил выделить Израилю сырья на 1 800 000 фунтов стерлингов, вместо того, чтобы продать его в другом месте и таким образом сохранил равновесие для израильских огранщиков. Это решение послужило примером для других поставщиков неграненых алмазов, которые последовали вслед за CSO. Поддержка от клиентов, CSO и других поставщиков в период войны произвели впечатление на алмазное сообщество в Израиле.

Мировой спад алмазной промышленности. В течение 1960-ых алмазная промышленность Израиля работала в условиях местного и мирового спада. С 1964 года мировая алмазная промышленность начала впадать в рецессию, в результате чего цена на ограненные алмазы стала падать. В 1966 году, когда CSO объявил о повышении цены сырьевых алмазов, не было никакого параллельного повышения цены на уже готовые бриллианты.

Соединенные Штаты, которые были лидером огранки высококачественных алмазов в мире, также переносили умеренный экономический резкий спад, несмотря на крутой подъем цен на фондовой бирже в конце 1966 года. Продажи в Соединенных Штатах не уменьшались, но, и при этом они не росли. Главные рынки в Европе переносили временный экономический спад, особенно Германия, Франция и Италия, которые были тогда главными клиентами Израиля. В Японии крупные клиенты воздержались от покупки новых запасов бриллиантов, и, в соответствии с правительственным решением избавлялись от старого запаса, продавая бриллианты японским торговцам по сниженным ценам; бунты в Гонконге также оказали негативное влияние на ситуацию. Израильтяне боялись уменьшить цену на бриллианты, и поэтому запасы ограненных алмазов, накапливались в Израиле.

Спад в Израиле. В отличие от остального мира, спад израильской экономики до Шестидневной войны оказал благоприятный эффект на рабочую силу в алмазной промышленности. Старые профессионалы, которые оставили промышленность в поисках более оплачиваемых рабочих мест, начали возвращаться к алмазному производству. Миграция работников по фабрикам прекратилась почти полностью. Служащие начали больше ценить свои рабочие места. Качество работы и дисциплина на фабриках улучшились, и молодые люди вновь начали интересоваться предложениями работы в израильской алмазной промышленности.

Удельный вес алмазной промышленности Израиля составлял 6.25 %, что было достаточно неплохим результатом для экспортной отрасли. Поскольку правительство было главным партнером в экспортном фонде финансирования, проблемы банков с ликвидностью не затрагивали алмазную промышленность, так как эти же банковские проблемы влияли на другие аспекты экономики страны.

Поставки сырьевых алмазов. Много лет поставка сырьевых алмазов из CSO была ограничена, из-за обязательств организации перед алмазной промышленностью Бельгии. Израильские изготовители перекупали алмазы у поставщиков в Бельгии, Голландии и в других местах. Поставки из Африки контролировались непосредственно Бельгией, поэтому и африканские алмазы попадали в Израиль через бельгийских перекупщиков.

В 1960-ых появились первые признаки изменения сложившегося порядка вещей. Из-за политических изменений в западных африканских государствах, у которых были большие залежи алмазов, и из-за открытия новых источников сырьевых алмазов различных типов, поставки алмазного сырья начали прибывать непосредственно в Израиль. Правительство поощряло главных алмазных поставщиков из Африки посылать свои товары в Израиль.

Правительство Израиля сообщило CSO, что выступает против дискриминации алмазной промышленности Израиля. Также, правительством был принят ряд мер, которые препятствовали покупкам товаров в CSO, бывших в употреблении. В результате этих мер алмазные поставщики во всем мире (включая CSO) сделали вывод, что прямые торговые отношения с Израилем были бы лучшей гарантией коммерческого успеха.

В 1961 году, на переговорах между представителями правительства Израиля, алмазной промышленности Израиля и CSO, было подписано соглашение, которое определило статус Израиля как страны, имеющей право на прямые поставки алмазного сырья. Представители алмазных промышленников Израиля приняли на себя обязательство покупать в среднем на 1 миллион фунтов стерлингов сырья от CSO ежемесячно. В результате CSO признал Израиль практически эксклюзивным покупателем сырья, и пообещал обеспечивать его 83% от всех мировых продаж.

Таким образом, алмазная индустрия Израиля управляла рынком алмазного сырья. Однако ограничение на огранку алмазов только одного типа (до веса 0.2 карат), ограничил возможности промышленности.

В 1966, промышленность начала работать и с другими типами сырьевых алмазов в дополнение к традиционным. Первоначально, несколько изготовителей начали обрабатывать менее дорогое сырье, которое доставлялось в Израиль непосредственно из Африки. В течение короткого промежутка времени они поняли, что это было более выгодно. Следовательно, все мощности были направлены в обработку и продажу бриллиантов различных типов. Эта фаза в истории промышленности алмаза Израиля, которая началась в 1966, была характеризована разнообразием, и в алмазном сырье и готовых бриллиантах.

Новые Факторы рынка. Два новых игрока появились на алмазной производственной сцене - Советский Союз и Индия. В Израиле алмазные промышленники спрашивали себя, до какой степени эти два новых игрока, смогут влиять на алмазную промышленность Израиля.

Советский Союз начал открывать заводы по огранке, чтобы обрабатывать алмазы и драгоценные камни. Однако это было пока только развивающейся промышленностью - в 1967 занятость в этой отрасли составляла всего 200-300 человек. В то время, алмазная индустрия была еще в фазе изучения и поиска инструментов. Казалось, что Советский Союз не планировал развивать алмазную промышленность, и будет удовлетворен одними только экспериментальными наработками в этой сфере.

В Индии алмазная промышленность начала развиваться из-за низкой стоимости рабочей силы. На мировом алмазном конгрессе, проведенном в Антверпене в 1967 году (Израильтяне отсутствовали, из-за Шестидневной войны), сообщалось, что Индия наняла 12 000 рабочих за зарплату 11 долларов в неделю. Поэтому всем казалось, что "потребуется много времени прежде, чем индусы будут в состоянии играть серьезную роль на алмазном рынке". Однако были и такие, кто полагал, что сильное желание индусов, их исполнительность и частные инициативы приведут к развитию промышленности в Индии, несмотря на проблематичное качество индийского сырья.

Постройка комплекса Алмазной Биржи Израиля. В 1968 году, Алмазная Биржа Израиля открыла новое здание в Рамат Гане. Тогда скончался президент Алмазной Биржи Израиля Шимшон Розенблюм (Shimshon Rosenblum). В его честь новое здание назвали "Здание Шимшон".

Когда построили 24-х этажное здание Израильской Алмазной Биржи - она стала одной из самых больших и современных алмазных фондовых бирж в мире. Президентом был избран Моше Шницер (Moshe Schnitzer), который годом ранее, ввел в обиход понятие "все под одной крышей". Все услуги, необходимые для алмазной торговли - от импорта сырьевых алмазов до экспорта бриллиантов, все организации которые имели отношение к алмазной торговле: соответствующие правительственные министерства, банки, таможня и почтовое отделение, страховые компании и прочие - были размещены в новом здании. На сегодняшний день, нет никакого другого центра в мире, который бы смог реализовать понятие "все под одной крышей" в такой степени. Сегодня Алмазная Биржа Израиля включает в себя четыре многоэтажных башни, и самый большой и современный алмазный центр в мире.

Когда председателя редакционной коллегии журнала "Бриллиант" (Hayahalom), Хайма Даниэли (Chaim Danieli) спросили в начале 1970 года, была ли алмазная промышленность в кризисе, никто даже и подумать не мог, что их ожидает в конце 70-х годов. То, что Хайм Даниэли написал тогда, верно по сей день во времена спада экономической активности: "В 1978 году, каждый идущий по коридорам Израильской Алмазной Биржи и огранных фабрик ощущал запах тревоги. В дополнение к трудностям, созданным вне промышленности - повышению цены CSO и проблемам на рынке - дома также были проблемы: бремя кредита и процента".

К 1979 году, без сомнения, алмазная промышленность испытывала свой самый глубокий кризис с 1947 года. Некоторые полагали, что кризис начался в 1978 году, другие называли отправной точкой кризиса 1976-1977 годы, которые в свое время считали очень хорошими годами. Многим казалось, что уже нет никакого выхода из такого глубокого кризиса. Возможно самый важный урок того трудного периода, это то, что алмазная промышленность всегда находит выход, независимо от ситуации.

Причин для кризиса было много, и все они были взаимосвязаны, и каждый человек придавал разный вес тем или иным факторам. Тогда президент Израильской Алмазной Биржи, Моше Шницер (Moshe Schnitzer), объяснил, что "корни кризиса объективны и универсальны. Мир вошел в очень глубокий спад, который принял особенный характер: спад с одной стороны и инфляция с другой. Чтобы бороться с этим, процентные ставки были подняты во всем мире; но никакой бизнес не может справиться с 21%-ой процентной ставкой. В этих условиях Центральный Банк Израиля списал 25 % долгов алмазных промышленников банкам..."

Следующий президент Израильской Алмазной Биржи, Давид Якубович (David Jakubowicz), ретроспективно подвел итог кризиса: "Удивительно, но корни кризиса могут быть найдены в офисе анонимного аналитика американской инвестиционной компании, которая ищет, между всего прочего, инвестиции, которые приведут к высоким доходам в течении длительного периода времени. В дополнение к интересу инвесторов такие возможности притягивают интерес широкой публики. Некоторые говорят, что эта информация может помочь в принятии решения относительно инвестиций в будущем. В 1976 или 1977, фирма этого аналитика обнаружила, что инвестиции в бриллианты привели к самым высоким дивидендам в течении десятилетия. Это открытие пробудило интерес широкой публики в Соединенных Штатах, многие из которых являлись владельцами бриллиантовых украшений и были рады услышать, что они удачно инвестировали деньги.

Этот праздный интерес был быстро преобразован в реальные действия. Вдобавок к этому, общественность была еще дополнительно подогрета заголовком в Newsweek: "Все дело в Бриллиантах".

Позже, фондом было установлено, что интерес к инвестированию в бриллианты фактически призвал общественность вкладывать в них деньги. Инвесторы перестали вкладывать капитал в любой тип бриллиантов. Это было перед появлением таблицы биржевых цен Рапапорт (Rapaport), и они не хотели инвестировать в бриллианты, денежную стоимость которых было трудно определить. Инвесторы предпочитали бриллианты четко определенных, высококачественных характеристик, таких например, как один карат качества VVS1 и цвета D - цветовая безупречность с превосходным качеством огранки. Если было невозможно приобрести бриллианты этого качества, то они соглашались на то, что наиболее близко к нему.

Таким образом, цены на высококачественные алмазы взлетели. Цена бриллианта массой 1 карат качества, описанного выше, достигла 60 тысяч долларов, по сравнению с 10-12 тысячами долларов годом или двумя ранее. Повышение цен вызывало головокружение, иногда цена бриллианта взлетала на 50 % в течение одного-двух дней!

CSO никак не отреагировала. Возможно, они были рады повышению цен. Позже, CSO увеличила цену сырьевых алмазов на 40 %, и также заработала на растущей потребности рынка.

В Израиле тоже были люди, которые быстро разбогатели. Многие брали кредиты в банках, чтобы на всю сумму приобрести бриллианты, в надежде, что цены будут повышаться бесконечно долго. Банки рассматривали бриллианты как продукт, почти столь же устойчивый как иностранная валюта. Они давали ссуды алмазным промышленникам без всяких ограничений. Очевидно, они полагались на свой опыт в этой области.

В то же время, были алмазные промышленники, отказывающиеся взять ссуды для приобретения бриллиантов, они полагали, что то, что очень быстро повышается в цене - в конечном счете, ее потеряет, в конечном итоге они оказались правы.

Вскоре, ювелиры обнаружили, что широкая публика не желала платить высокую цену за бриллианты. Вместо того чтобы увеличить бюджеты для покупки бриллиантов, люди покупали менее дорогие алмазы в пределах своего изначального бюджета. То есть, человек, который намеревался купить бриллиантовое кольцо за 1 000 долларов, купил бриллиант худших характеристик за эту цену, вместо того, чтобы добавить деньги и купить тот бриллиант, который с тех пор стал более дорогим. Выяснилось, что ювелиры не продавали много, и оптовые торговцы накапливали запас. После начального энтузиазма инвестиционные компании поумнели. Некоторые даже попытались продать часть запаса, который они накопили. Но поскольку они не находили покупателей, цены начали снижаться. К концу 1981 года, цены вернулись к начальному уровню. Потери были огромны.

Некоторые говорят, что проблемы не приходят в одиночку. Новая проблема явилась в лице Аятоллы Хумейни, который вернулся в Иран в конце 1979, организовал революцию и сверг Шаха. В результате кризиса стран Персидского залива цены на нефть увеличились в пять раз. Это привело к общему повышению цен в мире. Инфляция поразила большинство западных стран. В ответе центральные банки увеличили долларовый процент, который в 1982 году достиг 20 %.

Это было травинкой, сломавшей позвоночник верблюда. У любого, кто был должен деньги банкам, была проблема оплаты высоких процентных ставок. Даже те, кто был консервативен и взял кредиты, эквивалентные одной трети их полной стоимости, не могли их выплатить. Цена бриллиантов резко упала на 60-80%, в то время как интерес, как было отмечено, поднялся на 20%. Таким образом, израильская алмазная индустрия вошла в глубочайшую рецессию. Потребовалось четыре года, чтобы избавиться от старых запасов, восстановить алмазную промышленность и достигнуть того уровня экспорта, который был до начала кризиса.

Хотя кризис, который начался в конце 1970-ых, стал известным как "кризис восьмидесятых", восьмидесятые годы как раз таки были отмечены процветанием и ростом, до начала следующего кризиса. Израиль - такой большой и важный мировой алмазный центр, что кризисы поражают его первым, но Израиль также всегда является первым, оправившимся от кризиса, нашедшим пути и выходы из тупиковых ситуаций, а также именно тем, кто первым способен обнаружить изменения и приспособить свою структуру к новым реалиям. Преодолевая много трудностей и огромных потерь, израильская алмазная промышленность вышла из кризиса и привела мировую алмазную промышленность к возобновленному росту, который продолжался до конца десятилетия.

В течении 1980-ых алмазный экспорт из Израиля в денежном эквиваленте утроился (приблизительно от 900 миллионов долларов в 1982 году к 2.7 миллиардам долларов в 1989 году). Экспортируемый объем в каратах, почти удвоился, приблизительно с 2 миллионов каратов в 1982 году приблизительно к 3.9 миллионам каратов в 1989 году. Полный импорт сырья, увеличившийся в цене - приблизительно с 500 миллионов долларов в 1982 году приблизительно к 2.1 миллиардам долларов в 1989 году. В объеме импорт удвоился, приблизительно от 3.7 миллионов карат в 1982 году приблизительно к 7.2 миллионам каратов в 1989. Прямой импорт сырья от CSO стал в пять раз больше в цене, с 188 миллионов долларов в 1982 к 830 миллионам долларов в 1989.

В 90-х годах произошли структурные изменения в израильской алмазной промышленности. Многие из ведущих фабрик уменьшили свои операции или остановили работу полностью. В то же самое время, увеличивающееся число маленьких фабрик, принадлежавших новым изготовителям, присоединилось к производственному кругу, окрыленному такой поддержкой промышленности. Эти заводы были основаны на быстром товарообороте, и сделали значительный вклад в способность промышленности алмаза Израиля оправиться от кризиса.

Не менее важным изменением было разнообразие в производстве, которое, сокращало производственные затраты за счет большей гибкости в прямой поставке алмазного сырья. Мировая карта экспортных приоритетов также изменилась: поскольку доллар становился более сильным, более половины экспорта посылалось в Соединенные Штаты, в то время как на Дальний Восток и в Европу отправлялось по одной четверти экспорта на регион.

Алмазная промышленность в 21 веке, вплоть до сентября 2008 года, демонстрировала стабильный и уверенный рост. В августе 2008 года цены на бриллианты достигли своего пикового значения. Но все-таки это не помешало избежать спада производства из-за мирового финансового кризиса. Оптовые цены на бриллианты снизились до 25 %, наблюдается общий спад добычи и обработки алмазов в мире. De Beers вынуждена была ввести ограничение на добычу сырьевых алмазов, с целью сохранения цен на бриллианты. Но несмотря на общий спад алмазной промышленности в мире, в феврале 2009 года Израиль стал лидирующим поставщиком бриллиантов на мировой рынок. Несмотря на снижение объемов мировой торговли бриллиантами, объем экспорта бриллиантов Израиля был наибольшим в мире и достиг в феврале 119,6 млн долларов США. Следующими после Израиля в рейтинге лидирующих поставщиков бриллиантов находятся Индия (объем экспорта достиг 106,4 млн долларов), Бельгия (74,1 млн долларов США) и ЮАР (65,2 млн долларов США). Несмотря на то, что данные экспорта являются положительными, падение по сравнению с аналогичным периодом прошлого года отражает негативное воздействие экономического кризиса. Особенно четко это прослеживается по статистическим данным импорта США в феврале 2009: падение импорта составило 45,6 % по объемам и 53 % в стоимостном выражении, по сравнению с аналогичным периодом 2008 года.